Депрессия демон полуденный

Предлагаем ознакомится со статьей на тему: "Депрессия демон полуденный" с комментариями профессионалов. Мы постарались собрать полную и достоверную информацию, переработать и предоставить в удобном для прочтения виде. Любые вопросы вы можете задавать в комментариях.

Соломон Эндрю

В этой книге делается попытка охватить исторические и географические зоны распространения депрессии. Порой создается впечатление, что депрессия — частный недуг современного западного среднего класса. Подобное представление возникает лишь потому, что именно в этой среде мы вдруг стали обретать новые прозрения, позволяющие распознать депрессию, назвать ее, лечиться от нее и принимать ее как факт, а вовсе не потому, что мы имеем особые права на сам недуг.

Никакая книга не в состоянии охватить весь спектр человеческих страданий; надеюсь, что, хотя бы обозначая его, мне удастся помочь освободиться нескольким людям, страдающим депрессией. Никто и никогда не сможет уничтожить все человеческие несчастья, и даже победа над депрессией не гарантирует счастья, но я надеюсь, что сведения, содержащиеся в этой книге, помогут кому-нибудь избавиться от некоторой доли страданий.

Демон полуденный. Анатомия депрессии

В этой книге делается попытка охватить исторические и географические зоны распространения депрессии. Порой создается впечатление, что депрессия — частный недуг современного западного среднего класса. Подобное представление возникает лишь потому, что именно в этой среде мы вдруг стали обретать новые прозрения, позволяющие распознать депрессию, назвать ее, лечиться от нее и принимать ее как факт, а вовсе не потому, что мы имеем особые права на сам недуг.

Никакая книга не в состоянии охватить весь спектр человеческих страданий; надеюсь, что, хотя бы обозначая его, мне удастся помочь освободиться нескольким людям, страдающим депрессией. Никто и никогда не сможет уничтожить все человеческие несчастья, и даже победа над депрессией не гарантирует счастья, но я надеюсь, что сведения, содержащиеся в этой книге, помогут кому-нибудь избавиться от некоторой доли страданий.

Демон полуденный анатомия депрессии

Читать онлайн «Демон полуденный [Анатомия депрессии]» автора Соломон Эндрю — RuLit — Страница 2

Статистические данные заимствованы из серьезных исследований; с большей уверенностью я использовал те, которые часто цитируются. Мои собственные наблюдения в этой области показывают, что в целом статистика здесь довольно противоречива и многие авторы выбирают из нее нравящиеся им сведения для подтверждения заранее разработанных теорий. Я нашел одно солидное исследование, утверждавшее, что люди с депрессией, злоупотребляющие известными веществами (наркотиками, алкоголем, табаком), почти всегда выбирают в качестве таковых возбуждающие средства (стимуляторы); другое исследование столь же убедительно демонстрировало, что люди с депрессией, злоупотребляющие этими веществами, неизменно используют успокаивающие средства (например, опиаты). Многие авторы с помощью статистики напускают на себя тошнотворный вид несокрушимой убедительности; можно подумать, что если нечто случается в 82,37 % случаев, то это более понятное и правдивое доказательство, чем когда нечто происходит в трех случаях из четырех. Мой опыт показывает, что именно точные цифры как раз и лгут: вещи, описываемые ими, не могут быть определены так четко. Самое точное утверждение о частоте проявлений депрессии — это то, что она проявляется часто, прямо или косвенно затрагивая жизнь каждого человека.

Мне трудно писать беспристрастно о фармацевтических компаниях, потому что большую часть моей сознательной жизни мой отец проработал в области фармацевтики, и я знаком со многими людьми из этой отрасли. Сейчас модно поносить фармацевтическую промышленность за то, что она использует больных людей в своих целях. Мой опыт говорит, что работающие в ней люди — и капиталисты, и идеалисты одновременно: они умеют считать прибыли, но, кроме того, питают надежду, что их труд может принести миру пользу и что они могут способствовать важным открытиям, в результате которых многие болезни исчезнут с лица земли. У нас не было бы селективных ингибиторов обратного захвата серотонина (SSRI), антидепрессантов, спасших много жизней, если бы не компании, финансировавшие исследования. Я старался, как мог, писать об этой отрасли ясно, поскольку это входит в предмет книги. Намучившись с моими депрессиями, мой отец распространил сферу деятельности своей компании в область антидепрессантов. Его компания, Forest Laboratories, ныне является дистрибьютором препарата целекса (Celexa) в США. Чтобы избежать обвинений в предвзятости, я не упоминаю это лекарство нигде, кроме случаев, когда умолчание выглядит слишком уж нарочитым или сбивающим с толку.

Пока я писал эту книгу, меня часто спрашивали, способствует ли работа над ней облегчению моего внутреннего состояния. Не способствует. Мой опыт подтверждает то, что испытывали другие пишущие на эту тему: писать о депрессии мучительно, этому сопутствуют печаль, стресс и чувство одиночества. Но мысль о том, что эта работа, вероятно, поможет людям, поддерживала во мне дух; помогали и мои растущие знания. Надеюсь, читателю станет ясно: основная радость от работы над этой книгой — удовольствие писателя, делящегося знанием, а не облегчение своего недуга в процессе самовыражения.

Демон полуденный. Анатомия депрессии

Скачать книгу в формате: fb2 epub rtf mobi txt

Читать книгу на сайте: Читать онлайн

Моя оценка: 4,00 Загрузка.

В этой книге делается попытка охватить исторические и географические зоны распространения депрессии. Порой создается впечатление, что депрессия — частный недуг современного западного среднего класса. Подобное представление возникает лишь потому, что именно в этой среде мы вдруг стали обретать новые прозрения, позволяющие распознать депрессию, назвать ее, лечиться от нее и принимать ее как факт, а вовсе не потому, что мы имеем особые права на сам недуг. Никакая книга не в состоянии охватить весь спектр человеческих страданий; надеюсь, что, хотя бы обозначая его, мне удастся помочь освободиться нескольким людям, страдающим депрессией. Никто и никогда не сможет уничтожить все человеческие несчастья, и даже победа над депрессией не гарантирует счастья, но я надеюсь, что сведения, содержащиеся в этой книге, помогут кому-нибудь избавиться от некоторой доли страданий.

Читать онлайн «Демон полуденный [Анатомия депрессии]» автора Соломон Эндрю — RuLit — Страница 3

Депрессия указывает на несовершенство любви. Чтобы быть существами любящими, нам необходимо также быть существами, впадающими в отчаяние от потери того, что мы любим, и депрессия — механизм этого отчаяния. Наступая, она приводит к разрушению нашего Я и в конечном итоге к упадку способности дарить и принимать любовь. Депрессия — воплощение идеи о том, что каждый из нас одинок внутри себя, — разрушает не только нашу связь с другими, но и способность пребывать в мире наедине с собой. Любовь, хотя и не служит профилактикой депрессии, смягчает метания нашего ума и защищает его от самого себя. Лекарства и психотерапия могут восстановить механизм этой защиты, отчего становится легче любить и быть любимым, и именно в этом заключается смысл их применения. Находясь в добром расположении духа, люди любят: кто-то — самого себя, кто-то — других, кто-то — работу, кто-то — Бога, но любое из этих страстных чувств сообщает человеку то жизненно важное ощущение осмысленности бытия, которое противоположно депрессии. Временами любовь уходит от нас и мы уходим от любви. В состоянии депрессии становится очевидной бессмысленность любого начинания и любой эмоции, бессмысленность самой жизни. Единственное чувство, которое сохраняется при отсутствии любви, — чувство ничтожности.

Читайте так же:  Стрессоустойчивость в деловом общении

Жизнь полна скорби. Что бы мы ни делали, все мы в конце концов умрем; каждый из нас заключен в одиночную камеру автономного тела; время идет, и прошедшее не вернется никогда. Страдание — наш первый опыт не желающего приходить на помощь мира, и оно никогда нас не оставляет. Нам трудно, когда нас вырывают из уюта материнской утробы, а когда эта боль утихает, на смену ей приходит физическое страдание. Даже те, кому их вера обещает, что в ином мире все будет по-другому, не могут избежать мук мира сего; самого Христа называют «Мужем скорбей»[1]. Впрочем, мы живем в такое время, когда появляется множество альтернатив; сейчас, как никогда прежде, легко решать, что ощущать, а чего не ощущать. В жизни остается все меньше и меньше неприятных вещей, которых людям, имеющим для этого средства, невозможно избежать. Но, несмотря на исполненные энтузиазма утверждения фармакологической науки, совсем уничтожить депрессию невозможно, доколе мы остаемся существами, осознающими свое Я. В лучшем случае ее можно подавлять; именно на подавление и нацелено современное обращение с депрессией.

Депрессию условно делят на малую (легкую, или дистимическую[2]) и большую (тяжелую). Легкая депрессия нарастает постепенно и иногда является постоянной; она подрывает человека, как ржавчина разъедает железо. Это слишком глубокая печаль по слишком мелкому поводу, страдание, заимствующее у других эмоций и потом их вытесняющее. Телесное обиталище такой депрессии — веки и мышцы, поддерживающие позвоночник. Она поражает сердце и легкие, заставляя не контролируемые волевым усилием мышцы сокращаться сильнее, чем им положено. Как и физическая боль, переходящая в хроническую форму, она мучительна не столько потому, что невыносима в каждый данный момент, сколько ожиданием: ты знал ее в прошлом и ожидаешь встречи с ней в будущем. Настоящее время легкой депрессии не предусматривает избавления, ибо она для тебя, как знание.

Дистимия — неглубокая хроническая депрессия с минимальной выраженностью симптоматики. — Прим. ред.

Читать онлайн «Демон полуденный [Анатомия депрессии]» автора Соломон Эндрю — RuLit — Страница 10

Сейчас уже хорошо известно, что появление феномена топ-модели повредило восприятию женщинами самих себя, поскольку выставило нереально высокие стандарты. Психологическая топ-модель XXI века еще опаснее, чем физическая. Люди неустанно анализируют свою психику и отрицают свои душевные состояния. «Это феномен Лурда[6], — говорит Уильям Поттер, возглавлявший психофармакологический отдел Национального института психического здоровья на протяжении 70-х и 80-х годов, когда разрабатывались новые препараты. — Когда показываешь большому числу людей нечто такое, что они имеют основание считать действующим положительно, получаешь рассказы о чудесах — ну и, конечно, о трагедиях». К прозаку относятся с такой легкой терпимостью, что его может принимать почти каждый, да почти каждый и принимает. Его дают людям с легким недомоганием, которых незачем подвергать дискомфорту более старых антидепрессантов — ингибиторов моноаминоксидазы[7] или трицикликов[8]. Даже если вы еще не в депрессии, он может сузить границы вашей тоски — все лучше, чем жить и мучиться, а?

Лурд — город во Франции, где, по преданию, в 1858 году святой Бернадетте явилась Дева Мария. На месте явления открылся источник — место массового паломничества, где происходит огромное число исцелений. — Прим. ред.

Ингибиторы моноаминоксидазы (МАО) — группа препаратов, тормозящих активность фермента (МАО) и таким образом препятствующих разрушению серотонина и других биогенных аминов. — Прим. ред.

Трициклические антидепрессанты — группа препаратов, блокирующих обратный захват нейромедиаторов (норадреналина и серотонина) пресинаптической мембраной и таким образом увеличивающих их количество в синаптической щели. — Прим. ред.

«Демон Полуденный» Анатомия депрессии

Книга, после которой Вы не будете прежним. Она показывает человека настоящим, показывают боль без фильтров. С каждой новой страницей, становится легче понимать и принимать ту самую — темную сторону души. Автор рассказывает свою историю и истории людей, которые живут с депрессией. У каждого из них своя тяжелая история, со срывами и подъёмами. Я бы сказала, что эта книга не вселяет надежду, но она вселяет гордость и веру в людей. Позволяет прочувствовать то, с какими трудностями сталкиваются люди с депрессией. Книга пугает, но одновременно проливает свет, на такой важный вопрос, как депрессия. Дает прочувствовать темную сторону души.

«Демон Полуденный» Анатомия депрессии
Эндрю Соломон, автор который знает депрессию изнутри.

«Главное, о чем следует помнить во время депрессии: потерянное время не вернешь. Его никто не припрятал на черный день, чтобы компенсировать тебе годы катастрофы. Сколько бы времени ни съела депрессия, оно ушло навсегда. Минуты, которые тикают мимо тебя, пока ты корчишься в болезни, это минуты, которых ты никогда больше не познаешь. Как бы плохо ты себя ни чувствовал, ты должен делать все возможное, чтобы продолжать жить, даже если единственное, что ты в этот момент можешь, — просто дышать. Пережди, но займи время ожидания как можешь более полно. Вот мой совет депрессивным людям. Держитесь за время, не давайте жизни проходить мимо. Даже те минуты, в которые вы чувствуете, что вот-вот взорветесь, — это минуты вашей жизни, и вам никогда не получить их обратно.»

Демон полуденный. Анатомия депрессии. Э. Соломон

Замечательная автобиографическая книга-исследование Э.Соломона «Демон полуденный. Анатомия депрессии» описывает механизмы образования и тяжесть протекания депрессии.

Ведущим защитным механизмом у людей с депрессивным характером является интроекция, а следовательно, при формировании такого характера всегда имеет место ситуация потери – реальной или фантазийной, при этом может присутствовать либо чувство вины, либо зависимости. В любом случае решающую роль здесь играет динамика развития личности и психические травмы, которые определяют преобладающее формирование данной защиты. Параллельно идет идеализация потерянных объектов, при этом идеальные качества приписываются им, а негативные, или просто бессознательная агрессия и обида на эти объекты вбираются в собственное Я, вызывая чувства вины. Также вполне естественно, спутником этих защит становится обращение против себя. Вот как по соотнесению с вышесказанным развивалась эта история:

[3]

«… У меня было довольно счастливое детство, с обоими родителями, которые одаривали меня любовью, и с младшим братом, которого они тоже любили и с которым мы вполне ладили». Надо отметить, что описание всего детства и отрочества было полностью благополучным. Первый «звонок» описывается так, и связан он был с первым отрывом от семьи:

«Помню один эпизод, мне тогда было шесть лет, и я находился в летнем лагере, — меня внезапно охватил беспричинный страх. … Вдруг я теряю способность двигаться. Я точно знаю, что со мной должно произойти что-то страшное, сейчас или потом, и что пока я жив, я не буду свободен, …. Я наткнулся на свою общую уязвимость, на то обстоятельство, что моим родителям не подвластен мир и все в нем происходящее и что мне это тоже никогда не будет подвластно. … Мне были особенно дороги родительские поцелуи на ночь, и я подстилал под голову салфетку, чтобы, если они скатятся с моего лица, успеть их собрать, и спрятать, и сохранить навечно».

Читайте так же:  Депрессия подъем спад

Далее те же механизмы уже по-другому проявились в юношеском возрасте:

«С начала старших классов я стал ощущать в себе смутное чувство сексуальности, и это, надо сказать, было самой неразрешимой эмоциональной загадкой в моей жизни. … несколько лет прошло в неуверенности, была длинная череда связей с мужчинами и женщинами; это сильно осложнило отношения с матерью. Время от времени я впадал в состояние сильной тревоги без всякого конкретного повода – странной смеси тоски и страха».

Ситуация разлуки стала усугубляться в юношеском возрасте:

Надо отметить, что в повествовании существует много описаний ремиссионных периодов, а также маниакальных состояний, но эту сторону я опускаю, так как маниакальные черты всегда свойственны депрессивным характерам, когда они заканчиваются, начинается суицидальное течение депрессии, как крайнее проявление обращения против себя, что, впрочем, и произойдет с героем.

[2]

Депрессивные эпизоды перешли в болезнь после уже реальной потери:

Далее уже идет описание тяжелой болезни с соматическими проявлениями и с полной отключенностью от привычной жизни. Здесь еще интересно проследить за развитием крайнего обращения против себя – суицидальными мыслями и причудливыми суицидальными попытками: «Я чувствовал, что теряю контроль над собственной жизнью. — Если эта боль не уйдет, — сказал я другу, — я наложу на себя руки. Таких слов я не говорил раньше никогда». «Я пожил достаточно и теперь хотел придумать, как бы все это закончить с минимальными неудобствами для окружающих. Мне необходимо было предъявить людям нечто такое, чтобы все поняли мое отчаяние: взамен невидимого увечья мне нужно было найти реально воплощенное. … Мне было необходимо заболеть физически, и это бы все решило. Желание более зримого недуга, как я потом узнал, — общее место среди депрессивных пациентов, и они часто прибегают к членовредительству, чтобы привести физическое состояние в соответствие с психическим. Я знал, что мое самоубийство будет сокрушительно для моих родных и печально для друзей, но надеялся: все они поймут, что выбора у меня не было. Придумать, как получить рак, или рассеянный склероз, или другую смертельную болезнь, я не мог, но точно знал, как подцепить СПИД, и решил так и сделать».

Надо отметить, что несмотря на многочисленные попытки получить СПИД, герою волей судьбы не удалось это сделать. Кроме того, это книга – не только о болезни, но и о надежде.

СОДЕРЖАНИЕ

Введение
Глава 1. Депрессия
Глава II. Срывы
Глава III. Лечение
Глава IV. Альтернативы
Глава V. Демография
Глава VI. Пристрастия
Глава VII. Самоубийство
Глава VIII. История
Глава IX. Бедность
ГлаваХ. Политика
Глава XI. Эволюция
Глава XII. Надежда
Примечания
От автора

Психоанализ.РФ — сайт Центра психологической помощи и психотерапии «Московский психоанализ»

old_mama

xxx: плохо мне
xxx: я невыспалась
xxx: у меня похмелье
xxx: хандра уже совсем и очень
xxx: поломаный планшет
xxx: заканчивающиеся деньги
xxx: долбанутые родственники
yyy: Диагноз — жизнь.
xxx: Это смертельно.

Вот как оно было — как будто кто-то за руку ведет: Сначала «Тру детектив» и совершенно потрясающие наблюдения от

klavdiaivanovna , затем ее наводка на книгу Эндрю Соломона «Демон полуденный». Написать о ней считаю необходимым, ведь точно знаю, что эта мерзкая штука может быть с кем угодно и называть ее можно как угодно, но иногда не справиться без таблеток хорошего совета.

Хочу сразу сказать, что читать ее тяжело и страшно и не стоит тем, кому неведомо чувство, что все уходит и пусто и жизнь разваливается на куски при наличии всех составляющих благополучной жизни. У вас все хорошо? Тогда читать это не надо. Мне это было вот прямо очень нужно. Понять и принять кучу вещей, получить объяснения, увидеть масштабы настоящих чужих проблем. Это как уехать далеко-далеко в отпуск, где все проблемы теряют объем, становятся плоскими и их можно легко научиться сворачивать и убирать в карман. Обстоятельная, очень много о таблетках (ужас, как много) и о химии нашего тела. Как хорошо знать, что утром, просыпаясь раньше будильника в панике, теперь можно думать, что это всего лишь избыток гормонов, а не все твои проблемы придавили тебя к подушке с бескомпромиссностью могильной плиты. Очень мудрая, очень нужная. Как бы вы предпочли, чтобы с вами поступили, когда вы растеряны: рявкнули на вас «Соберись, тряпка!» или спокойно и доброжелательно попытались найти нужные вам слова, чтобы вы сделали то, на что, кажется, неспособны? Мне по душе второе.

«В депрессии не думаешь, будто тебе надели серую вуаль и ты смотришь на мир сквозь пелену тяжелого настроения. Ты думаешь, что с тебя сняли вуаль — вуаль счастья — и теперь ты видишь все в истинном свете. Ты стараешься уловить истину и разобраться с нею и думаешь, что истина — нечто фиксированное, а она — живая и движется. Можно изгонять бесов из шизофреников, которые чувствуют внутри себя нечто чуждое. Но с депрессивными гораздо труднее: мы верим, что видим правду. Но правда лжет.» (с)

«Женщины, склонные к депрессии, обычно не слишком хорошие матери, хотя высокоорганизованные депрессивные люди могут иногда маскировать свою болезнь и неплохо исполнять родительскую роль. Тогда как некоторые депрессивные матери легко расстраиваются из-за детей и, как следствие, ведут себя неустойчиво, многие из них просто не реагируют на детей: они неласковы и замкнуты. Они склонны не устанавливать ясно обозначенных правил, границ, дисциплины. У них мало любви и заботы, чтобы давать детям. Они чувствуют себя перед ними беспомощными. Их поведение бесконтрольно: они сердятся без видимых причин и потом, в приступах чувства вины, выражают безмерную любовь, тоже без видимого повода. Они не могут помочь ребенку самому управляться со своими проблемами. Их реакции на детей неадекватны. Дети у них капризны, раздражительны и агрессивны. Такие дети часто и сами не способны на заботливое поведение; иногда, наоборот, оно чересчур свойственно им и они ощущают ответственность за все страдания мира. Девочки особенно склонны к преувеличениям и оттого несчастны; постоянно наблюдая плохое настроение у матерей, они и сами теряют эластичность душевного настроя.» — с. 243, ох, это правда, и ужасно. Чистая правда.

«Многие люди желали бы увидеть рай местом бесконечной интенсивности и многообразия, — сказала Кей Джеймисон, — а не местом, где всего лишь отсутствуют неприятности.» с 558

«Депрессия утрирует характер. В конце концов, думается мне, она делает хороших людей лучше, а плохих — еще худшими. Она может уничтожать в человеке чувство сообразности и внушать параноидные фантазии и ложное чувство беспомощности; но она тем не менее окно к правде.» — с. 581

Читайте так же:  Деловой этикет звонки

«Главное, о чем следует помнить во время депрессии: потерянное время не вернешь. Его никто не припрятал на черный день, чтобы компенсировать тебе годы катастрофы. Сколько бы времени ни съела депрессия, оно ушло навсегда. Минуты, которые тикают мимо тебя, пока ты корчишься в болезни, это минуты, которых ты никогда больше не познаешь. Как бы плохо ты себя ни чувствовал, ты должен делать все возможное, чтобы продолжать жить, даже если единственное, что ты в этот момент можешь, — просто дышать. Пережди, но займи время ожидания как можешь более полно. Вот мой совет депрессивным людям. Держитесь за время, не давайте жизни проходить мимо. Даже те минуты, в которые вы чувствуете, что вот-вот взорветесь, — это минуты вашей жизни, и вам никогда не получить их обратно.» — с 582

«Чтобы быть хорошим человеком, приходится находиться в состоянии постоянной борьбы. Я думаю, что каждому из нас дана от природы некая сила, которая называется волей; я не приемлю такого понятия, как «химическая предопределенность», и отвергаю открываемую ею нравственную лазейку. Существует единство, включающее в себя и то, кто мы такие, и как стремимся быть хорошими людьми, и как разваливаемся на куски, и как собираем себя обратно. Оно включает в себя и прием лекарств, и прохождение ЭШТ (не-не, уж мы как-нибудь сами — курсив мой) , и влюбенности, и поклонение богам и наукам. Депрессия поражает [ ее ] способность функционировать, но не [ ее ] характер.» — с.585

«Я лишилась великой невинности, когда узнала, что я и моя психика больше не будем в хороших отношениях до конца моих дней, — говорит, пожимая плечами, Кей Джеймисон. — Как я устала от этой выработки характера, передать вам этого не могу. Но я очень дорожу этой частью себя; те, кто меня любит, любят меня с этим». 597

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

«я и моя жизнь, посидев друг против друга, побыв в ненависти, возжелав избавиться друг от друга, теперь связаны навеки и неразрывно. Противоположность депрессии — не счастье, а жизненность, и моя жизнь, когда я пишу эти слова, жизненна, даже когда она печальна.» 59

Демон полуденный. Анатомия депрессии (6 стр.)

У русских есть такое выражение: если ты проснулся, а у тебя ничего не болит, знай, что ты уже умер. Пусть в жизни есть не одно только страдание, но ощущение страдания, которое выделяется из всех ощущений своей интенсивностью, — один из самых безошибочных признаков присутствия жизненной силы. Шопенгауэр сказал: «Вообразите род сей перемещенным в некую Утопию, где все растет само по себе, а кругом летают жареные индюшки, где люди находят себе любимых без малейших затрат времени и удерживают без всякого труда: в таком месте люди будут умирать от скуки или вешаться, а некоторые начнут драться и убивать друг друга и так станут создавать себе большие неприятности, чем те, которыми без того наделила их природа… полярная противоположность страданию есть скука». Я считаю, что страдание надо преобразовывать, но не забывать; отрицать, но не изгонять.

Меня убедили, что некоторые из самых обобщающих цифр о депрессии основаны на реальности. Хотя было бы ошибкой путать цифры с истиной, но они повествуют о пугающих вещах. Согласно недавним исследованиям, около 3 % жителей Америки — а это около 19 миллионов — страдают хронической депрессией. Более 2 миллионов из них — дети. Маниакально-депрессивный психоз, часто называемый биполярным расстройством, поскольку душевное состояние его жертв изменяется от мании до депрессии, поражает около 2,3 миллиона и стоит вторым в ряду причин смерти у молодых женщин и третьим у молодых мужчин. Депрессия, согласно DSM-IV, является лидирующим фактором инвалидности в США и в целом по всему миру среди лиц старше пяти лет. Во всем мире, включая развивающиеся страны, депрессия причиняет больше ущерба, чем все другие заболевания, кроме сердечно-сосудистых, — если считать преждевременную смерть вкупе с потраченными на инвалидность годами жизни. В активе депрессии больше потерянных лет, чем у войны, рака и СПИДа, вместе взятых. Многие болезни, от алкоголизма до инфаркта, маскируют депрессию, когда к ним приводит именно она; если же учесть и это, то может оказаться, что депрессия — страшнейший в мире убийца.

Сейчас уже хорошо известно, что появление феномена топ-модели повредило восприятию женщинами самих себя, поскольку выставило нереально высокие стандарты. Психологическая топ-модель XXI века еще опаснее, чем физическая. Люди неустанно анализируют свою психику и отрицают свои душевные состояния. «Это феномен Лурда [6] , — говорит Уильям Поттер, возглавлявший психофармакологический отдел Национального института психического здоровья на протяжении 70-х и 80-х годов, когда разрабатывались новые препараты. — Когда показываешь большому числу людей нечто такое, что они имеют основание считать действующим положительно, получаешь рассказы о чудесах — ну и, конечно, о трагедиях». К прозаку относятся с такой легкой терпимостью, что его может принимать почти каждый, да почти каждый и принимает. Его дают людям с легким недомоганием, которых незачем подвергать дискомфорту более старых антидепрессантов — ингибиторов моноаминоксидазы [7] или трицикликов [8] . Даже если вы еще не в депрессии, он может сузить границы вашей тоски — все лучше, чем жить и мучиться, а?

Мы патологизируем излечимое, и к состояниям, которые можно легко модифицировать, начинают относиться как к болезни, даже если раньше считали чертой характера или настроением. Как только у нас появится лекарство против насилия, насилие станет болезнью. Есть множество «серых» состояний между чернотой полномасштабной депрессии и белизной легкой боли, сопровождающейся нарушениями сна, аппетита, энергии или интереса; мы начали относить все большее число таких состояний к разряду болезней, потому что находим все новые и новые способы их исправлять. Но критическая точка остается произвольной. Мы решили, что коэффициент интеллекта (IQ) 69 означает умственную неполноценность, но бывает, что человек с IQ 72 находится в особенно хорошей форме, тогда как при 65 кто-то может более или менее управляться; мы объявили, что следует поддерживать холестерин на уровне не выше 220, но если он у вас 221, вы, пожалуй, от этого не умрете, а если 219, необходимо следить за собой. Здесь 69 и 220 — произвольные числа, и то, что мы называем болезнью, на самом деле тоже вполне произвольно; а в случае депрессии оно еще и постоянно меняется.

[1]

Депрессивные люди беспрерывно используют выражение «через край», обозначая им переход от боли к безумию. Это очень конкретный образ, подразумевающий «падение в пропасть». Не странно ли, что так много людей пользуются однородной лексикой — ведь «край» — вполне абстрактная метафора. Мало кто из нас когда-либо падал с края чего бы то ни было, и уж, во всяком случае, не в пропасть. Гранд-Каньон? Норвежский фьорд? Южно-африканские алмазные копи? Нам трудно даже найти пропасть, в которую можно упасть. Как правило, в разговоре люди описывают пропасть единообразно. Прежде всего, она темна. Ты выпадаешь из солнечного света и летишь по направлению к месту, где тени черны. Там, внутри, ничего не видно и со всех сторон поджидают опасности (в этой пропасти нет ни мягкого дна, ни мягких стен). Пока падаешь, не знаешь, до какой глубины долетишь и сможешь ли остановиться. Ты снова и снова ударяешься о невидимые предметы, уже весь в синяках, но, пока продолжается движение, зацепиться ни за что невозможно.

Читайте так же:  Таблетки от депрессии и стресса без рецептов

Демон полуденный. Анатомия депрессии (3 стр.)

В книге «Комната Джейкоба» Вирджиния Вулф написала о таком состоянии с леденящей душу ясностью: «Джейкоб подошел к окну и стал там, засунув руки в карманы. За окном он увидел трех греков в коротких туниках, мачты кораблей, бездельничающих и занятых простолюдинов, прогуливающихся, или шагающих целеустремленно, или собирающихся в кучки и оживленно жестикулирующих. Им не было до него никакого дела, но не от того происходило его уныние, а от некоего более глубокого убеждения — не в том дело, что ему случилось почувствовать себя одиноко, но в том, что одиноко всем». Далее она описывает, как «в ее душе поднялась какая-то чудная печаль, как будто сквозь юбки и жилеты просвечивали время и вечность, и она увидела, как люди движутся к трагическому концу. Но ведь, Бог свидетель, Джулия не такая уж дура». Вот такое острое сознание преходящести и ограниченности и составляет легкую депрессию. Легкая депрессия, с которой годами просто как-то уживались, все более становится объектом лечения по мере того, как врачи пытаются разобраться с многообразием ее форм.

Безрадостно чувствовать в себе порчу: ощущать, как в тебе чуть ли не каждый день образуются новые вмятины; знать, что превращаешься в нечто хилое, бессильное; понимать, что значительную часть тебя унесет первым же сильным порывом ветра. Одни накапливают больше эмоциональной «ржавчины», другие меньше. Депрессия начинается с ощущения пресности; она затуманивает день, делая его краски блеклыми; она отнимает силу у повседневных поступков, пока их ясные очертания не затмятся усилиями, которые требуются, чтобы их совершать; ты устал, тебе все надоело, ты зациклен на себе… через это, хотя и с большими издержками, все-таки можно пройти. Но еще никто не сумел определить точку обвала, которой отмечена тяжелая депрессия; когда до нее доходишь, ошибиться трудно.

Тяжелая депрессия — это рождение и смерть: появление чего-то нового и полное исчезновение чего-то старого. Рождение и смерть постепенны, хотя официальные документы и стараются подрезать крылья законам природы, придумывая разнообразные категории, например «официально скончался» и «время рождения». У природы свои причуды, но, несмотря на них, определенно существует мгновение, когда младенца только что не было в этом мире, а сейчас — он уже есть, и момент, когда пенсионер только что был в этом мире, а вот — его уже нет. Да, есть промежуточные стадии: когда головка младенца уже здесь, а тельца еще нет; пока пуповина не обрезана, дитя еще физически соединено с матерью. Да, пенсионер может в последний раз закрыть глаза задолго до того, как фактически умрет, и есть промежуток времени между мигом, когда он перестает дышать, и моментом, когда объявляется, что его мозг мертв. Да, депрессия существует во времени. Пациент может сказать, что он несколько месяцев страдает тяжелой депрессией, но это попытка применить меру к неизмеримому. С уверенностью можно утверждать только одно: к настоящему моменту он познал тяжелую депрессию, а в каждый данный настоящий момент или испытываешь ее, или нет.

Рождение и смерть, составляющие депрессию, происходят одновременно. Не так давно я вновь посетил лес, в котором любил бывать в детстве, и увидел дуб столетнего достоинства, в сени которого играли мы с братом. За двадцать лет моего отсутствия к этому горделивому дереву присосалось какое-то огромное вьющееся растение и почти задушило его. Трудно было сказать, где кончался дуб, а где начиналась лиана. Она так полно обвила собою всю структуру ветвей, что ее листья издали казались листьями дуба, и только вблизи можно было увидеть, как мало оставалось у дерева живых листьев и как несколько отчаянно цепляющихся за жизнь побегов отпочковывались от массивного ствола, похожие на ряд торчащих больших пальцев, с листочками, машинально производящими фотосинтез согласно ничего не желающим знать законам биологии.

У меня не хватало даже сил перестать дышать. Я знал, что никогда не смогу убить эту лиану депрессии, и единственное, чего от нее хотел, чтобы она позволила мне умереть. Но она отняла всю энергию, которая понадобилась бы мне, чтобы убить себя, а сама убивать меня не собиралась. Если мой ствол прогнил, то эта тварь, им питавшаяся, была уже слишком крепка, чтобы дать ему упасть, — она стала альтернативной опорой тому, что сама уничтожила. Вжавшись в самый угол своей постели, рассеченный на части и вздернутый на дыбу этой тварью, которую вроде бы никто другой не видит, я молился некоему Богу, в которого никогда до конца не верил, и молил об избавлении. Я был бы рад умереть самой мучительной смертью, хотя находился в таком парализующем отупении, что не мог помыслить о самоубийстве. Каждая секунда пребывания живым причиняла страдания. Эта тварь выпила из меня все соки, так что жидкости не хватало даже на слезы. Рот пересох и запекся. Раньше я думал, что когда чувствуешь себя как нельзя хуже, слезы текут ручьем, но самая тяжелая мука — это сухая мука тотального осквернения, наступающая, когда все слезы уже иссякли; это страдание затыкает все отдушины, через которые ты раньше познавал мир, а мир тебя — таково присутствие тяжелой депрессии.

Я сказал, что депрессия — это и рождение, и смерть. То, что рождается, — это лиана. Смерть — это твой собственный распад, когда ломаются ветви, еще поддерживающие твое несчастное существование. Первой уходит радость жизни, и ты перестаешь черпать удовольствие в чем бы то ни было. Это «ангедония» [3] — всем известный кардинальный симптом тяжелой депрессии. Но скоро вслед за радостью жизни уходят в небытие и другие эмоции: грусть, которая вроде бы и привела тебя в это состояние; чувство юмора; вера в любовь и способность любить. Рассудок выхолащивается, и уже даже самому себе начинаешь казаться недоумком. Если у тебя редкие волосы, они кажутся еще реже; если у тебя грубая кожа, она становится еще грубее. Ты ощущаешь исходящий от тебя кислый запах. Ты теряешь способность кому-либо доверять, быть чем-либо тронутым, горевать. Кончается тем, что ты просто отсутствуешь в себе самом.

Демон полуденный — Анатомия депрессии — Эндрю Соломон

Год выпуска: 2004

Автор: Эндрю Соломон

«Демон полуденный. Анатомия депрессии»

Введение

  • Депрессия
  • Срывы
  • Лечение
  • Альтернативы
  • Демография
  • Пристрастия
  • Самоубийство
  • История
  • Бедность
  • Политика
  • Эволюция
  • Надежда
Читайте так же:  Этика с общения с больным

Примечания
От автора

«Демон полуденный. Анатомия депрессии»

(Соломон Э.) — скачать книгу бесплатно без регистрации

Видео удалено.
Видео (кликните для воспроизведения).

Поделиться ссылкой на книгу!

Название:
Демон полуденный. Анатомия депрессии Автор:Соломон Эндрю Жанр(ы):Прочее, Неотсортированное Издательство: Добрая книга Год издания: 2004 ISBN: 5-98124-017-2

В этой книге делается попытка охватить исторические и географические зоны распространения депрессии. Порой создается впечатление, что депрессия — частный недуг современного западного среднего класса. Подобное представление возникает лишь потому, что именно в этой среде мы вдруг стали обретать новые прозрения, позволяющие распознать депрессию, назвать ее, лечиться от нее и принимать ее как факт, а вовсе не потому, что мы имеем особые права на сам недуг. Никакая книга не в состоянии охватить весь спектр человеческих страданий; надеюсь, что, хотя бы обозначая его, мне удастся помочь освободиться нескольким людям, страдающим депрессией. Никто и никогда не сможет уничтожить все человеческие несчастья, и даже победа над депрессией не гарантирует счастья, но я надеюсь, что сведения, содержащиеся в этой книге, помогут кому-нибудь избавиться от некоторой доли страданий.

Самый Свежачок! Книжные поступления за сегодня

Война в Европе закончена, – но на Дальнем Востоке милитаристская Япония не желает капитулировать, причем все еще имеет третий в мире флот, главные силы которого собраны у советских границ. Удастся ли нашим современникам, используя лишь свои знания и опыт, отомстить за Цусиму и Порт-Артур?

Многие мечтают попасть в другой мир, но так, чтобы иметь силу или магию, а еще лучше — и то и другое. Вот и Максим после смерти попал куда-то, где таких, как он, множество, а доступ к другим мирам есть у всех. Разным мирам. Магическим или техномагическим, будущего или средневековья. Кто знает, куда тебя отправит Система. И вроде все отлично, и есть даже куча жизней, и ты если умрешь, опять проснешься в безопасности. Но так ли это? Или же безопасность эфемерна, а система совсем не то, что кажется?

Прототип военного Искусственного Интеллекта оказывается в виртуальной фэнтезийной игре, в самом захолустье Заповедника Гоблинов. Имея в своем распоряжении крошечный трактир, маленькую пивоварню и тело трактирщика 1-го уровня, он приступает к свой главной миссии — к захвату мира! Машинная логика, математический анализ и уникальный алгоритм самообучения — против магии, игровой экономики и миллионов игроков.

«Креншоу» – в первые на русском языке! Книга популярной американской писательницы, обладательницы Медали Ньюбери.

Семья Джексона переживает тяжелые времена. Им нечем платить за квартиру и даже не на что купить еду. Еще немного – и им придется жить в мини-вэне.

Креншоу – это кот.

Огромный, черно-белый, говорящий кот. Настоящий друг, который любит фиолетовые мармеладки так же сильно, как Джексон. Он появился в жизни мальчика, чтобы все изменить. Только вот Креншоу – не настоящий, а воображаемый. Как же он сможет помочь?

Но даже выдуманная дружба может творить чудеса!

Он не поучаствовал в скоротечных криминальных разборках среди монстров, но и к началу компании по трудоустройству тоже опоздал. Однако судьба уже приготовила для него Первую проверку. Жестокую проверку. Ему предстоит столкнуться со Стефаном — Князем вампиров.

Набор «Неделька» — топ новинок — лидеров за неделю!

Моя жизнь разрушена. Позади – предательство, впереди – унылое служение в Храме. А от древнего известного рода больше проблем, чем пользы. Узнают – вернут обратно.

У меня есть только один выход: отказаться от прошлого и бежать туда, где точно искать не станут. В Академию.

Кто же знал, что проблемы у меня только начинаются?!

Бывает, уволишься сгоряча и — вуаля! Ты безработная няня, застрявшая в теле бывшей актрисы и в мире, которым правят богатеи вроде Алмазного короля. Фернан Демаре по праву считается самым могущественным человеком Ньерры, обладающим не только золотым запасом магии, но и самым скверным характером на свете. Что же касается меня… Я не хочу иметь с этим мужчиной ничего общего. Но, кажется, у судьбы на этот счет свое мнение, и она постоянно сталкивает нас вместе. Вот только я буду не я, если позволю этой капризной даме диктовать мне условия… и уж точно больше НИКОГДА не окажусь у ног Алмазного короля!

Утонуть в море не всегда так страшно. Если в тебе вдруг проявятся гены морских перевертышей, то волшебный мир удивительных существ и приключений станет обыденностью. Академия морских перевертышей распахнет перед тобой двери, удивительные существа из чистой энергии примут за хозяйку, а короли-близнецы начнут бороться за твою благосклонность. Вот только один из них почти женат, но именно он заставляет сердце биться чаще.

У Драконов дикие традиции и жестокие нравы, и Каю хотят отдать за одного из них. Но странная магия заставляет ее всегда прятаться и мучиться от чужого внимания. Она сбегает, не в силах принести себя в жертву даже ради всей страны. Однако судьба неумолима: она приводит Каю к тем же Драконам, но уже далеко не в почетном статусе невесты. Сбежать, чтобы не стать женой, но превратиться в наложницу? А если она заинтересовала сразу обоих правителей? Ей придется переступить через принципы, чтобы сохранить старый мир.

Я прогнала запавшего в сердце мужчину, потому что им двигал только инстинкт второй сущности – дракона. Прогнала, потому что не захотела ему принадлежать, потому что после всего произошедшего ощущала лишь пустоту. Но все было не зря. Я узнала, что во мне течет кровь ледяных демонов, и обрела семью. Теперь придется приложить немало усилий, чтобы остальные приняли меня как равную. И найти себя тоже важно. А любовь… Как ее вернуть, если ни Ирэш, ни я к этому не стремимся? Да и могут ли демоны любить?

Третья, заключительная книга трилогии.

Меня выдернули из родного мира, чтобы принести в жертву. Но прежде чем моего тела коснулся жертвенный нож, появился тот, кто меня спас. Неудавшийся ритуал – и вот уже мы связаны проклятьем. Если в ближайшие три дня мы не переспим – оба погибнем.

Источники


  1. Хорват, Франтишек Любовь, материнство, будущее / Франтишек Хорват. — М.: Прогресс, 2010. — 629 c.

  2. Кузина, С.В. Большая книга вранья / С.В. Кузина. — М.: Астрель, 2012. — 146 c.

  3. Морозова, Е. А. Диалоги о семье и браке / Е.А. Морозова. — М.: Сибирская Благозвонница, 2014. — 608 c.
Депрессия демон полуденный
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here